Ellia's Phantasm

Крылатая валькирия павшего пантеона. Она ВСЕЛЯЕТСЯ в героиню: та принимает облик Эрис и встаёт в полный рост по центру поля, а отряд обращается мелкими валькириями, кружащими вокруг (и теряющими свои свойства). Сама Эрис не бьёт — бьёт героиня: рука валькирии втрое тяжелее, разит метко и без пощады, а больнее всех достаётся владыкам. Врагов на последнем издыхании карает ярость света — даже владык, а Владык мира она казнит одним ударом. Каждый удар может вскрыть кровоточащую рану.A winged valkyrie of a fallen pantheon. She POSSESSES the hero: the heroine takes Eris's form at the centre of the field while the squad turns into tiny valkyries circling her (losing their traits). Eris herself does not strike — the heroine does: the valkyrie's hand falls three times heavier, striking true and without mercy, and the lords suffer worst of all. Foes on their last breath are smitten by the light's fury — even lords, and World Lords fall to a single blow. Each strike may open a bleeding wound.

Девочка-вампир, старшая из сестёр смерти (Жница Морана — её младшая сестра; вместе в отряде они на 30% злее). Каждый её укус вскрывает неутолимое кровотечение — рана не закроется до самого конца боя. По ногам ползёт зелёный туман: в нём враги мягче, а криты героини злее. Напарницы боятся её и жмутся по краям, замедляя шаг. Каждый её удар несёт героине каплю маны.A vampire girl, the elder of the death sisters (Reaper Morana is her younger sister; together in the squad they are crueller still). Every bite of hers opens an unquenchable wound — it will not close until the very end of the fight. Green mist creeps along the ground: foes soften in it, and the hero's crits grow crueller. The companions fear her and hang back, slowing their step. Each of her hits carries a drop of mana to the hero.

Пробудившаяся истинная форма Эллии — крошечная фея с трепещущими крылышками. Каждый удар телепортирует её в новую точку поля, а с врага сыплется золото, как с его убийства (владыки не в счёт). То и дело она в шутку чеканит героиню (а иной раз — напарницу) БОЛЬШОЙ МОНЕТОЙ: та зреет из серой в золотую — собери её нажатием и получи щедрое золото. Правда, героиня возвращается с проклятием… Несобранная монета так и стоит, а фея знай себе чеканит остальных.Ellia's awakened true form — a tiny fairy with fluttering wings. Every hit teleports her to a new spot, and the foe sheds gold as if slain (lords don't count). Now and then she playfully mints the hero (or, once in a while, a companion) into a BIG COIN: it ripens from grey to gold — tap to collect a generous pile of gold. The hero, though, returns cursed… An uncollected coin just stands there, and the fairy keeps minting the rest.

Последняя из огненных драконов в людском обличье. Её гнев плавил города, а верность — бесценна. Где ступает Игнара, плавится камень и дрожит от жара сам воздух.The last of the fire dragons in human form. Her wrath melted cities; her loyalty, once earned, is beyond price. Where Ignara steps, stone melts and the very air trembles with heat.

Она шагнула в Бездну и вернулась королевой. Тьма — её платье, страх — её корона. Пока Нокс в отряде, Бездна пожирает слабейших — до героини добираются лишь самые стойкие, а тех, кто уже едва дышит, тьма утаскивает сама. Лишь мрачная свита её давит отряду на плечи, и клинки напарниц ходят чуть ленивее.She stepped into the Abyss and returned a queen. Darkness is her gown and fear her crown. While Nox is in the squad, the Abyss devours the weakest — only the hardiest ever reach the heroine, and those already at death's door the dark drags down itself. Yet her grim retinue weighs on the squad, and the companions' blades swing a touch lazier.

Дочь бури. Там, где ступает её нога, небо отвечает громом. Её гроза разгоняет отряд — чем дольше бой, тем чаще мелькают клинки, а с чёрного неба то и дело бьёт молния в самое сердце врага. Одна беда: в грозовой спешке отряду не до выверенных ударов — криты выпадают реже.Daughter of the storm: where she steps, the sky answers with thunder. Her tempest spurs the squad on — the longer the fight, the faster the blades flash, and lightning falls from the black sky into the foe's heart. One flaw: in the storm's haste there is no time for measured strikes, and crits come rarer.

Воплощённый свет — она не разит сама, но благословляет. За плечами героини распускаются два ангельских крыла: пока они горят, её удар мощнее. А с вехи мастерства Серафина осеняет отряд чередой благословений.Light incarnate — she does not strike, she blesses. Two angel wings unfurl behind the heroine's shoulders: while they burn, her strike is mightier. And from her mastery milestone Seraphina graces the squad with a choir of blessings.

Безмолвная фехтовальщица. Её меч видели лишь те, кого он уже рассёк. Пока Цубаки в отряде, нажимать не нужно: стоит прижать палец к боевому экрану и повести — за пальцем тянется светящийся росчерк, и каждое рассечение считается за удар. Води быстрее — руби чаще. Её лунный клинок оставляет на враге кровоточащие рассечения, что сочатся алым ещё долго после взмаха, а удар героини бьёт дважды — второй росчерк приходит из тени первого.A silent duelist beneath the moon. Her blade is seen only by those it has already cut — and none of them lived to tell. While Tsubaki is in the heroine's squad, no need to tap-spam: press a finger to the arena and drag — a glowing trail follows the finger and every stroke counts as a strike. Drag faster to cut more often. Her moon-blade leaves bleeding cuts that weep scarlet long after the swing, and the hero's strike lands twice — the second stroke follows from the shadow of the first.

Императрица вечной зимы. Пока она на поле — идёт снег, а под ногами отряда стынет лёд. В битве с владыками она леденит их время, но и своих подгоняет медленнее.Empress of eternal winter. While she stands on the field it snows, and ice creeps under the squad's feet. Against lords she freezes their very time — yet she chills her own side's pace as well.

Древний дух-хранитель рощ Аэрис в облике рогатой девы. Каждый её удар по владыке вплетает в него росток (виден у ног врага). На пятом ростки ПРОРАСТАЮТ сквозь тушу — из владыки разом вырывается добрый кусок жизни, но дикая сила рощи глушит руки героини, и её нажатия слабеют до конца боя.A guardian spirit of Aeris’ forests in the form of a horned maiden. Each of her hits on a lord weaves a sprout into it; on the fifth they OVERGROW through the beast — a solid piece of the lord's life is torn away at once, but the grove's wild power numbs the hero's hands, and her taps weaken for the rest of the fight.

Демоница страсти из глубин Бездны. Чарами она порабощает героиню — та не может и пальцем шевельнуть, — зато весь отряд под её чарами бьёт куда чаще. Каждое нажатие — воздушный поцелуй, что копит шкалу Подчинения (розовый столбик у героини). Чем полнее шкала, тем яростнее криты отряда и тем твёрже его рука; а когда Подчинение переливается через край, враг покорён — розовеет и тает под любым ударом.Lilith from the depths of the Abyss does not fight side by side — she takes command. Her charm binds the heroine’s will (who only swoons, hearts in her eyes), but in exchange the whole enthralled squad strikes far more often. Every tap is a blown kiss that fills the Sway bar: the fuller it grows, the fiercer the squad's crits and the steadier its hand — and when Sway spills over, the foe is enthralled, blushing pink and melting under every blow.

Хозяйка зачарованных вод. Время от времени она поднимает приливную волну — и та смывает с поля целую горсть обычных врагов разом; лишь владыки стоят против прилива.Nimue rises from the lake’s depths only for the worthy. From time to time she raises a tidal wave that sweeps a whole handful of regular foes off the field at once; only lords stand against the tide.

Она сама не марает рук в бою — вместо этого требует ПЕСЕН. Пока Морриган в отряде, героиня поёт ей песни безумия и не дерётся: чем дольше льётся песня, тем злее бьёт отряд, а на самых тёмных куплетах от напарниц начинает сочиться чёрный туман. С вехи мастерства её пряжа порчи сама вьётся вокруг врага.Morrigan lifts no weapon — it is beneath her. Instead she demands SONGS: while she is in the squad, the hero sings her songs of madness and cannot fight. The longer the song flows, the crueller the squad strikes, and on the darkest verses black mist seeps from the companions. At her mastery milestone her hexweave coils around the foe on its own.

Ведьму Шанателлу не любит никто — и она платит миру тем же. Стоит ей встать в строй, как весь отряд оборачивается стаей летучих мышей и почти теряет силу удара — бьёт в полную мощь лишь она сама. Зато с павших врагов начинают сыпаться части её уникального супер-сета — Регалий Шанателлы.No one ever loved Shantelle, and she has repaid the world in full. The moment she joins the squad, the whole party turns into a swarm of bats and all but loses its striking power — only she herself still hits at full force. But the curse cuts both ways: slain foes start shedding pieces of her unique Regalia — a super-set found no other way.

Дева павших созвездий из Звёздной пустоши. Пока она на поле — небо чернеет и вспыхивает россыпью звёзд. Время от времени она обрушивает на врага звездопад — град осколков погасших светил. Её звёздная мудрость ведёт героиню: поверженные владыки заметно чаще даруют очки древа навыков, но опыт героини копится вдвое медленнее — звёзды учат не тому, чему учит мир.Astrea wanders the Star Waste gathering shards of dead constellations. While she stands on the field, the sky turns black and blazes with stars. Now and then a starfall of cold stellar fire crashes down on the foe. Her star-wisdom guides the heroine: fallen lords grant perk points far more often — but hero XP builds half as fast, for the stars teach what the world does not.

Садовница Сада Вечности, древнее самих богов — и с прескверным характером: светлых не выносит на дух. Её споры травят врага гнилью, что проедает его заживо, — но едкие испарения слепят остальных напарниц, и их удары идут мимо. Там, где она ступает, чаще взлетают золотые светлячки.Verdelia has tended the Garden of Eternity since the dawn of time — with a truly foul temper: she cannot stand the holy. Her spores rot the foe with a gnawing decay that eats it alive — though the acrid fumes blind the other companions, and their strikes go wide. Where she walks, golden fireflies take wing more often.

Бессмертная птица в облике девы. Сколько раз она сгорала дотла — столько же восставала из пепла. В её огне отряд бьётся жарче, а сама героиня, разморённая теплом, ненадолго засыпает у костра. Даже Игнара при виде истинного феникса вспыхивает язычками пламени.An immortal bird in the shape of a maiden. However many times she has burned to ash, as many times she has risen from it. In her fire the squad fights hotter, while the heroine, lulled by the warmth, dozes off by the blaze for a while. Even Ignara flickers with little flames at the sight of a true phoenix.

Первый луч над миром после Долгой Ночи — она сияет ярче всех в строю. Её свет так ярок, что слепит собственных напарниц — их удары то и дело идут мимо, — но каждый промах наполняет шкалу света, и криты героини бьют всё беспощаднее. Стихнут промахи — свет быстро гаснет. А с вехи мастерства Аврора окутывает героиню лучами зари.The first ray over the world after the Long Night — she shines brighter than anyone in the ranks. So bright she blinds her own companions — their strikes stray again and again — yet every miss fills the light bar, and the hero's crits bite ever more mercilessly. When the misses cease, the light quickly fades. At her mastery milestone Aurora wraps the hero in rays of dawn.

Та, что приходит за душами. С ней на поле ложится фиолетовый туман, а из всех синих и фиолетовых напарниц она ВЫТЯГИВАЕТ ДУШИ: те обращаются призраками — не бьют и теряют все свои свойства (духов-прислужниц легендарок коса не берёт). За каждую вытянутую душу коса Мораны рубит ощутимо злее. Зато Тюремщик не может надеть путы на призрака. Пока она на счету, смерть прореживает орды: врагов на этапе меньше.She who comes for souls. With her on the field a violet mist settles, and she PULLS THE SOULS out of every blue and violet companion: they turn into ghosts — no attacks, no traits (legendary familiars are spared her scythe). For every soul she draws, Morana's scythe cuts notably crueller. A silver lining: the Jailer cannot chain a ghost. While she is on the roster, death itself thins the hordes: fewer foes per stage.

Снайпер ветра. Говорят, её стрела догоняет ложь быстрее, чем та слетает с губ, — а когда кажется, что выстрел был один, вторая стрела уже дрожит в цели.They say her arrow outruns a lie before it leaves the lips — and when the shot seems to be one, a second arrow is already trembling in the mark.

Изучала запретные руны Сумрачного леса. Её магия шепчет — и враги слушаются. Внимательнее всех слушают владыки: под её гибельной руной их броня расползается по швам.She studied the forbidden runes of Gloomwood while others fled it. Her magic whispers — and foes obey. The lords listen closest of all: under her doom rune their armour splits at the seams.

Клятвенный защитник. Не отступает — даже когда отступить разумнее. За её широким щитом рука героини бьёт увереннее и твёрже.A sworn protector who never retreats — even when retreat is wiser. Whole companies have weathered storms behind her shield, and behind it the hero's hand strikes surer and harder.

Самые быстрые пальцы в Бездне — да тянутся они к чужому золоту, а не к бою. Что плохо лежало, то уже у неё — и никто не видел когда.The fastest fingers in the Abyss. Whatever lay around now lies with her — and no one ever saw it happen.

Дева Стылых пиков. Её сердце холодное — но за своих она растопит и ледник. Первая встреча с ней — самая студёная: первый удар Сольвейг вымораживает врага до костей.A maiden of the Frozen Peaks with a heart of ice. Yet for her own she would melt a glacier — and anyone who threatens them. The first meeting with her is the coldest: Solveig's first strike freezes a foe to the bone.

Подожгла академию (случайно). Теперь жжёт только тех, кто заслужил, — и уж если подожгла, пламя само доедает остатки.She once burned down an entire academy (by accident). Now she burns only those who deserve it — and once she sets a fire, the flame finishes the leftovers on its own.

Стрелок-громовержец. Её стрелы несут заряд бури и бьют по площади. Перед Громовой Аэллой она благоговеет — и в её грозе обращается ручной молнией.An archer whose arrows carry thunder. She strikes a crowd with a bolt that leaps from foe to foe. She stands in awe of Thunder Aella — and in her tempest becomes a tame bolt of lightning.

Храмовая жрица с настоящим нимбом. Её свет хранит отряд и карает нечисть, а каждая её молитва возвращает героине по капле сил.A temple priestess of the Dawn with a true halo. She shields the squad with light, judges the unclean — and every prayer of hers returns the hero a drop of strength.

Правая рука Лилит, безрассудная до отчаяния. Каждое нажатие героини бьёт куда сильнее — но в горячке она путает прицел, и промахов становится больше.Lilith’s right hand, reckless to the point of desperation. Every one of the heroine's taps hits far harder — but in her frenzy she fumbles her aim, and misses pile up.

Поющая дева приливов. Её песнь подгоняет отряд — клинки и заклинания летят в такт волне, всё чаще и чаще. Но чарующий напев пленяет и саму героиню: время от времени она заслушивается и на пару мгновений опускает оружие.A singing maiden of the tides. Her song drives the squad on — blades and spells fly to the rhythm of the wave, faster and faster. But the charmed melody ensnares the heroine herself: now and then she is lost in the song and lowers her weapon for a few heartbeats.

Ученица Морриган. Её сглаз точит силу всего отряда — каждый удар ложится злее. Но порча берёт плату с той, кто ближе всех: героиня мельчает и лиловеет, реже критует и чаще мажет.A pupil of Morrigan. Her evil eye hones the whole squad — every strike lands crueller. But the hex takes its price from the one closest: the heroine shrinks and turns violet, crits rarer and misses more.

Латница ордена Рассвета. Бьёт молотом света так, что и Бездна крестится.An armored sister of the Order of Dawn. Her hammer of light strikes so hard even the Abyss crosses itself.

Тень среди теней. Её кинжал находит брешь в любой броне раньше, чем жертва успевает вздохнуть. Раненых она не отпускает: над слабеющим врагом её клинки мелькают всё быстрее.A shadow among shadows. Her dagger finds the gap in any armor before the victim can draw a breath. She never lets the wounded go: over a weakening foe her blades flicker ever faster.

Заключила сделку с тенью Бездны. Её проклятья особенно жадны до владык — боссы тают под ними вдвое быстрее.She struck a bargain with a shade of the Abyss. Her curses hunger for lords above all — bosses melt twice as fast beneath them.

Танец клинков — её молитва. В исступлении она бьёт всё быстрее (отряд атакует чаще), но в вихре теряет голову — промахов становится больше.The dance of blades is her prayer. In her frenzy she strikes ever faster (the squad attacks more often), but the whirl costs her aim — misses grow more frequent.

Видит нити судьбы и выбирает самые щедрые. Рядом с ней удача и опыт сами идут в руки.She sees the threads of fate and picks the most generous ones. Luck and experience come to hand of their own accord beside her.

Юная эльфийка из Изумрудной Рощи — первого края Аэрис, куда дотянулась Бездна. Когда лес начал гнить, сородичи ушли вглубь чащи, а она осталась и вышла тьме навстречу. С тех пор идёт рядом с героиней и не отстаёт ни на шаг.A young elf of the Emerald Grove — the first corner of Aeris the Abyss ever reached. When the wood began to rot her kin withdrew deeper into the thicket; she stayed and walked out to meet the dark. Ever since she has walked at the heroine's side and never fallen a step behind.

Юная следопытка из Изумрудной рощи. Первой вызвалась сопровождать героя — и ни разу не пожалела: её вторая стрела срывается с тетивы раньше, чем первая найдёт цель.A young pathfinder from the Emerald Grove who knows every trail. First to volunteer to walk beside the hero — and never once regretted it: her second arrow leaves the string before the first has found its mark.

Мечтала о рыцарстве с детства. Пока носит щит за старшими, но её удар уже крепок, а глаз намётан на блеск под пылью — где Мия, там и находки богаче.She dreamed of knighthood since childhood. For now she carries shields for her elders, but her strike is already firm — and her eye is keen for a glint under the dust: where Mia goes, the finds are richer.

Сбежала из храма ради приключений. Её молитвы лечат, посох бьёт больнее, чем кажется, а рядом с ней и наука идёт легче, и удача сама заглядывает в котомку.She fled the temple for adventure with nothing but a prayer book and a staff. Her prayers heal, her staff hits harder than it looks — and beside her, lessons come easier and luck peeks into the satchel all by itself.

Бродячая певунья с лютней-посохом. Её песни поднимают дух отряда и сбивают спесь с врага.A minstrel who roams from village to village. Her songs ease weariness and lift the whole squad’s spirits.

Кузнечная подмастерье с горячим нравом. Бьёт коротким клинком так же яростно, как раздувает горн. Втайне боготворит Драконицу Игнару — подле неё сама обращается огненным духом.A smith’s apprentice with a temper to match the forge. She forged her first blade herself — and fights with it. Secretly she worships Dragoness Ignara, turning into a spirit of flame at her side.

Речная дева, что плещется в каждом ручье Аэрис. Где журчит её ручеёк, к героине по капле течёт сила; а Нимуэ она любит как старшую сестру — и подле неё обращается духом воды.A river sprite who splashes in every stream of Aeris. Where her brook murmurs, strength trickles to the hero drop by drop; she loves Nimue like an elder sister — and turns into a water spirit at her side.

Мелкий бесёнок на побегушках у Лилит. Дерзкий, но в душе добрый — а в бою любит подловить врага каверзой исподтишка, когда тот совсем не ждёт.A little imp running errands for Lilith. Brash, but good-hearted underneath — and in battle she loves to catch a foe with a sly trick when he least expects it.

Подмастерье колдуньи Морриган. Зубрит руны порчи, хоть пока выходят лишь искры — но втайне грезит Бездной: при Владычице Нокс обращается тёмным духом и служит уже ей.An apprentice to the witch Morrigan. She crams hex runes, though so far only sparks come out — yet secretly she dreams of the Abyss: beside Lady Nox she turns into a dark spirit and serves her instead.

Малышка-светоч из храма Рассвета. Её ладошки сами собой светятся в темноте — и чем страшнее тьма, тем ярче горят: самим владыкам её огонёк жалит больнее всего. А подле Зари Авроры она вьётся светлячком у её плеча.A little light-bearer from the Dawn temple. Her palms glow in the dark all by themselves — and the deeper the darkness, the brighter they burn: her small flame stings the lords themselves worst of all. Beside Aurora the Dawn she flutters like a firefly at her shoulder.

Девочка-кочевница из Песчаного моря. Знает, где под барханом вода, а где — гробница, и никогда не путает одно с другим. Нюх на сокровища у неё с рождения: с побеждённых владык при ней осыпается больше монет, чем те собирались отдать.A nomad girl of the Sand Sea. She knows where water hides beneath the dunes — and where a tomb does — and never mistakes one for the other. Her nose for treasure is inborn: fallen lords shed more coin around her than they ever meant to give.

Дочка углежога с пепельных склонов. В её ладонях вечно тлеет уголёк — она греет им замёрзших и поджигает наглых.A charburner's daughter from the ashen slopes. An ember always smolders in her hands — she warms the frozen with it and singes the insolent.

Найдёныш Звёздной пустоши. Её зрачки мерцают, как далёкие созвездия, а во сне она шепчет имена погасших звёзд. Под её мерцающим взглядом удары отряда ложатся точнее — звёзды шепчут ей, куда бить.A foundling of the Star Waste. Her pupils flicker like distant constellations, and in her sleep she whispers the names of extinguished stars. Under her shimmering gaze the squad's strikes land truer — the stars whisper where to aim.

Юный дух-садовник из Сада Вечности. Где она пройдёт, там и в пепле проклёвывается зелёный росток. В долгом бою с владыкой она растёт на глазах — и сила её тоже; а подле Хранительницы Гайи льнёт к ней зелёным духом.A young gardener-spirit of the Garden of Eternity. Wherever she passes, a green sprout pushes up even through ash. In a long fight with a lord she grows visibly — and her strength with her; beside Guardian Gaia she clings to her as a green spirit.